Восстание воина (American Cinematographer, July 2017)

31 марта, 2018 - 14:45

Диана (Галь Гадот) выросла среди амазонок на средиземном острове Темискира, надежно спрятанном греческим богом Зевсом от окружающего мира. Когда Диана достигает совершеннолетия, ее мать, королева Ипполита (Конни Нильсен), неохотно разрешает ей пройти боевую подготовку под руководством генерала Антиопы (Робин Райт) — родной тетки Дианы, - чтобы она была готова к неизбежному возвращению Ареса, бога войны. Очень скоро становится ясно, что Диана обладает мощью, значительно превышающей силы ее союзниц.
Однажды, увидев рухнувший в океан подбитый самолет, она бросается в воду и спасает боевого американского пилота Первой Мировой войны, агента разведки офицера Стива Тревора (Крис Пайн). Тревора преследует флотилия вражеских кораблей. На берегу острова разворачивается масштабная схватка амазонок и войска Центральных держав — в этот момент Диана впервые становится свидетелем разрушительных действий, которые влечет за собой любая битва. Когда стихает звон оружия, Стив рассказывает амазонкам о «войне, которая прекратит все войны», которая бушует в мире за пределами острова.
Услышав рассказ Стива, Диана решает защитить человечество от злых чар Ареса, который, как она считает, повинен в этом глобальном кровопролитии. Она хватает оставленный Зевсом на острове меч, называющийся Убийцей Богов, вместе с ним — щит, золотое Лассо Правды и  красно-сине-золотой костюм: атрибуты, в которых она и превращается в супергероя, Чудо-Женщину. Вместе со Стивом Диана уплывает в Лондон.

В Лондоне Диана выдает себя за секретаря Стива, представляется фамилией Принс и встречает союзников — эксперта по переговором Самира (Саид Тагмауи), снайпера Чарли (Юэн Бремнер) и наемного солдата Вождя (Юджин Брейв Рок). Вместе они проходят тяжелый путь до передовой, чтобы найти и уничтожить химическое оружие, произведенное немецким генералом Людендорфом (Дэнни Хьюстон) и носящей пугающую маску Изабель Мару по прозвищу Доктор Яд (Елена Анайя). По мнению Дианы, остановить Людендорфа — значит, прекратить эту чудовищную войну и вместе с тем предотвратить и будущие конфликты.
Одна из ключевых серий комиксов за последние семьдесят пять лет, «Чудо-женщина» ждала своей киноадаптации практически два десятилетия. Этот фильм для компании Warner Bros. Pictures стал не только дебютом нового персонажа на большом экране, но и очередным названием в линейке расширенной вселенной комиксов DC – вслед за «Человеком из стали», «Бэтмен против Супермена: на заре справедливости» (подробнее об этом фильме — в номере от апреля 2016 года), и «Отрядом самоубийц».
У руля съемочной группы «Чудо-женщины» встала режиссер Патти Дженкинс, энтузиазм которой по отношению к персонажу очевиден. «Я полюбила Чудо-женщину очень просто и ясно, я почувствовала, что то, чем она руководствуется — очень убедительно», - говорит Дженкинс у себя дома в Лос-Анджелесе спустя день после последнего съемочного дня. «Она верит в красоту и любовь — это отличает ее от остальных супергероев. Проблема, связанная с Чудо-женщиной все эти годы звучала примерно так: «Что нам делать с Чудо-женщиной?». Мой ответ таков: «В смысле? Просто снимите Чудо-женщину по уже готовой классической истории. У нее целая толпа фанатов — давайте cделаем это».
В качестве оператора-постановщика Дженкинс выбрала Мэттью Дженсена из Американского общества кинооператоров. Именно он снял сай-фай триллер Джоша Транка «Хроника» (о нем можно прочесть в мартовском номере 2012 года), а также несколько эпизодов «Игры престолов» от HBO; свой «супергероический» опыт он получил, снимая с Транком перезапуск «Фантастической четверки» (2015).

В итоге, Дженсену пришлось отклонить предложение Дженкинс, потому как съемочный график накладывался на дату рождения его первого ребенка — однако, доступность Пайна подтолкнула съемки, и это позволило Дженкинс заполучить выбранного ей оператора. «Он работает просто невероятно», делится восторгом Дженкинс. «Он снял на пленку «Грязь», наделил фильм крепким, интересным, мастерски исполненным визуальным решением. У нас с ним одни и те же предпочтения, одни и те же желания, и это — самое лучшее, что может связывать двоих коллег».
Очень важным был опыт работы Дженсена с пленкой, потому как на нее и собирались снимать большую часть «Чудо-женщины». Пленочные съемки, вероятно, интересуют DC больше цифровых, но это было в том числе выбором и самой Дженкинс. Съемка на пленку подходит превосходно, говорит она, «если вы хотите добиться ощущения эпической и притом плавной элегантности. Пленка может погрузить тебя в другую эпоху, и ты даже не заметишь, что до сих пор находишься в современности. Невозможно сделать это на цифру — я пробовала. Пленка создает иллюзию пленительности мира. Это было очень важно, потому как мы пытались совместить и исторический сеттинг, и эту самую иллюзию. Это удалось благодаря пленке».
Производство находилось за пределами Англии, и у Дженсена было тринадцать недель на подготовку. «Самая большая хитрость заключалась в том, чтобы заставить фильм выглядеть как экранизацию комиксов», говорит она. «Нужно было соблюдать осторожность, чтобы ненароком не снять очередной исторический фильм. Мы не хотели делать фильм в стиле документалок на BBC. Мы с Мэттом прилично поработали, прежде чем обнаружили то визуальное решение и ту тональность, в которой было примерно десять процентов глянца — перемещаемся в исторический сеттинг, но при этом смотрим на него с другого угла».

Она направила производство в сторону стилистики картин американского портретиста Джона Сингера Сарджента, который работал в эту эпоху. «Патти понравилось, как он изображал лица и работал с мягким светом», замечает Дженсен. «Он вешал шторы и драпировки, чтоб отсечь лишний свет, так что по итогам мы имеем этот роскошный мягкий свет на лицах, который резко контрастирует с насыщенно черными тенями. На его полотнах не очень много цвета, но тот, который имелся — кусок ткани, стул или элемент гардероба, - обыкновенно необычайно энергичен».
«Для воссоздания его стилистики я использовал источники, обеспечивающие большое количество мягкого света, но не фоновый, не моделирующий свет и не контражур», продолжает он. «Я стремился к естественности. Без обесцвечивания, выбитых стекол, размывающих фильтров и сепии, прямо указывающих на временной период. Я собирался снимать чисто, подчеркивая и делая акцент на цветах, оказывающихся в кадре».
Некоторые из этих цветов, странных для военного времени, появились благодаря костюму Чудо-женщины. Чтобы получить наилучшие результаты, Дженсен работал с художником-постановщиком Алин Бонетто и художником по костюмам Линди Хемминг. «Я просил Алин разработать несколько декораций, просто эскиз с парочкой цветов, об использовании которых она говорила — и прихватить пару исторически достоверных бытовых светильников», говорит Дженсен. «Образ довершали выбранные ими детали гардероба. Далее в этих костюмах и эскизах декораций вместе с цветовой палитрой я снимал дублеров, по-разному совмещал цвета и смотрел, на что отреагирует Патти. У нас очень рано получилось схватить нужный образ».
Этот образ включал в себя и родину Дианы — мраморные пещеры, наблюдающие за бирюзовым океаном, яркое синее небо, зеленые пейзажи — и очевидно контрастный, туманный индустриальный Лондон, само воплощение «мужского мира». Впервые взглянув на город, Диана восклицает: он отвратителен!
«У нас была пара референсов — фотографий и картин, изображающих Лондон в то время, и он буквально был угольным, черно-белым», говорит Дженсен. «Мы предпочли добавить немного цвета».
Более ста дней съемок начались в ноябре 2015, на базе студии Warner Bros. в Ливсдене, в часе езды от Лондона — помимо этого, было задействовано около двадцати британских локаций. В марте 2016 съемочная группа уехала в Италию, где снимались экстерьеры острова Темискира, а потом — на день в Париж для съемок на натуре возле Лувра: эти кадры предваряют сцену, в которой в современности Диана, эксперт по антиквариату, перед отъездом в Лондон получает груз, привезенный бронированным грузовиком Wayne Enterprises. Съемки в Париже были отложены из-за теракта 13 ноября 2015 года.

Большинство планов Лондона и Бельгии, сделанных в Великобритании, а также интерьеров, были сняты на пленку Kodak Vision3 500T 5219. Съемочная группа хотела уложиться в график, поэтому съемки происходили с использованием фильтра 81EF вместо традиционных фильтров восемьдесят пятой серии. «Я не полностью правил сцены, снятые при естественном ощущении, под тангстен-пленку», объясняет Дженсен. «Я частично поправил негативы так, что изображение приобрело сине-циановый оттенок. С этой картинкой мы дальше и работали, и старались усилить этот эффект далее». Он использовал Vision3 250D 5207 и 50D 5203, чтобы снять некоторые сцены на яркой итальянской натуре, и передать эти пейзажи Темискиры куда естественнее, чем окрестности Лондона.
Интерьеры снимались при T.28, экстерьеры в Италии — от 5.6 до 9, экстерьеры в Лондоне, в условиях переменчивой погоды и практически без солнца, - при примерно T4. Дженсен сообщает, что он использовал фильтры нейтральной плотности «и множество нецензурных выражений при появлении солнца на небе именно в тот момент, когда он не хотел, чтобы оно появлялось». Он благодарит второго режиссера Томми Гормли за то, что он позволил ему дождаться облачной погоды, чтобы кадры совпадали.
Траншеи, как и освобожденная Чудо-женщиной и ее компаньонами бельгийская деревня, были построены на натурной съемочной площадке Warner Bros. Чтобы избежать проникновения солнечного света, съемочная группа растягивала над площадкой черные шелковые полотна, закрепляя их на подъемниках, однако в некоторых случаях, когда из-за ветра эта конструкция становилась опасной, приходилось снимать без ее и надеяться на лучшее.
Panaflex Millenium XL2 от Panavision исполняла роль запасной камеры, на которую можно было снимать в формате «Супер-35» с шагом в четыре перфорации для соотношения в 2.39:1. Для съемки в слоу-моушн использовалась Arriflex 435 от Arri. “Эмоциональные сцены мы снимали в частоте в среднем от 60 до 150 кадров в секунду — например, моменты, когда Чудо-женщина видит что-то впервые, или концентрируется на чем-либо», замечает Дженсен. Вторая съемочная группа под руководством режиссера Деймона Каро и оператора Тима Вустера, время от времени использовала легкую Arriflex 235 для съемок боевых сцен, в которых требовалось быстрое передвижение камеры.

Дженкинс приблизительно подсчитывает, что хаотичная битва между амазонками и солдатами на пляже включала в себя около тысячи человек, изображающих безумный и обширный масштаб военных действий. В то время как основная съемочная группа запечатлевала диалоги и реакции главных героев, вторая группа на соседнем пляже снимала саму механику боя.
В этот момент на помощь пришли цифровые камеры. Вторая съемочная группа пользовалась Arri Alexa Mini, подвешенной на тросе, что позволяло ей перемещаться среди амазонок, защищающихся от врагов — таким образом обеспечивая съемку, как будто бы ведущуюся с дрона. Эта камера записывала материал в сверхвысокой четкости, в формате 3840x2160 ProRes 4:4:4:4 XQ на карты памяти SanDisk Cfast 2.0 объемом в 128 гб.
Для моментов, когда враждующие стороны заряжали орудия, вторая группа устанавливала отдельный риг, который Дженсен описывает, как «американские горки из скоростных поездов». Phantom Flex4K от Vision Research на дистанционно-управляемой голове начинает съемку сверху, затем снижается, делая S-образный поворот перед происходящим действием, и опускается вниз, зависая в дюйме от земли, пока сражаются всадники на лошадях, взрываются снаряды, и противоборствующие стороны обмениваются стрелами и пулями.
Быстро двигающаяся камера Phantom снимала 500 кадров в секунду, и видео было подогнано в пост-продакшене. «Камера двигалась очень быстро в сочетании с высокой частотой кадров для того, чтобы фильм сохранял временную логику, тогда как действие протекает в слоу-моушн», объясняет оператор. Чтобы запечатлеть все детали, было снято около полудюжины планов.
«Мы ощутили, что некоторые кадры просто невозможно снять пленочной камерой», говорит Дженсен. «В такого рода фильмов смешение форматов просто неизбежно. Я хотел попробовать в деле высокоскоростную камеру Photo-Sonics 35mm, и Panavision оказали нам честь, предоставив ее для съемок, но когда они тестировали ее, взорвался двигатель, и мы решили, что это знак — использовать эту камеру не стоит».

Phantom записывала видео 4096х2304 собственного формата на CineMag IV объемом 2 ТБ. Во время съемок камера использовалась для съемок сцен драк в слоу-моушн частотой 500 кадров в секунду. «Некоторые люди говорят, что слоу-моушн — это отстой, но я использую его, когда он подходит для того, чтобы точнее рассказать историю», говорит Дженкинс. «Я не чувствовал себя втиснутым в какой-то определенный стиль, и никакого определенного стиля я не боюсь».
The Third Floor обеспечили превизуализацию батальных сцен, которые были сняты как будто с точки зрения Дианы. «Отличный подход — всегда рассказывать историю так, как будто ее наблюдает кто-либо из героев, и сцены битв — не исключение», говорит Дженкинс. «Вам нужно задаться вопросом: 'Как должны почувствовать себя в этот момент зрители?'. Не бывает беспричинных драк. Каждую такую сцену мы воспринимали, как неизбежный шаг на пути становления Дианы как персонажа».
Планы с высоты птичьего полета, такие, например, как в сцене обстрела Стивом вражеской авиации после угона немецкого самолета, - были сняты воздушным оператором Джереми Бребеном и Helicopter Film Services с помощью камеры на стабилизаторе Super-G от Nettman Systems. Эти кадры снимались на Alexa 65 от Arri в режиме Open Gate на ArriRaw формата 6560х3100, и записывались на носители Codex Capture объемом в 2 ТБ.
Камера Alexa Mini была прикреплена к дрону Aerigon от HFS – так снималась сцена, снятая в поместье Лутон Ху, в которой Чудо-женщина на лошади скачет по полю.
«Съемки сверху в Италии, где снималась Темискира, проходили на Arri Alexa в полноэкранном формате, и разделены между оператором-постановщиком второй съемочной группы Тимом Вустером и оператором Карлосом Де Карвальо», говорит VFX-супервайзер Билл Вестенхофер. «Пилотом был Серджио Франческини». Вестенхофер также отмечает вклад второго режиссера из итальянской команды Альберто Торресилья, а также ассистента оператора по цифровому изображению Джеймса Меткалфа.
Съемки в воде, которые включала в себя сцена, в которой Диана бросается в море, чтобы спасти Стива, происходили в водохранилище на студии Warner Bros. Для съемки подводный оператор Марк Силк использовал Alexa SXT от Arri, а помощь ему оказывал главный осветитель подводных съемок Аарон Китинг.

Использование Alexa в этом случае, говорит Дженсен, «было сугубо практическим. Менять пленку под водой, задержав дыхание, не очень-то удобно. Цифровая съемка ускоряет процесс. Снятое на Alexa было великолепным и отлично смонтировалась с остальным материалом — даже если вы присмотритесь, вряд ли поймете, какие конкретно кадры были сняты на эту камеру».
Оператор снабдил камеры объективами Primo Prime от Panavision. Дженкинс, пришедшая из операторского цеха, предпочитала широкоугольные объективы и плотную композицию. Съемочная группа снимала в диапазоне 21мм-65 мм, большая часть фильма снималась на 27мм и 40мм.
«Она настаивала на центрировании изображения, хотя мы снимали в разрешении 2.39», замечает Дженсен. «В такого толка кадрировании есть что-то от комикса — ты мгновенно чувствуешь персонажа и действие, поскольку ты знаешь, куда все это движется. Нигде не было этих модных кадров, в которых один из персонажей оказывается в углу».
Дженсен объясняет: «Я люблю симметрию. Это влияние Кубрика и других режиссеров. Она производит грандиозное впечатление и помогает вести историю вперед. И я люблю широкоугольные объективы, потому что мне нравится видеть мир целиком. Длиннофокусные объективы заставляют почувствовать себя просто сторонним наблюдателем, а в этом случае было очень важным быть с Чудо-женщиной — и быть Чудо-женщиной, - в этом помогли широкоугольные объективы».
Время от времени съемочная группа снимала в длинном фокусе с помощью SLZ11 24275mm Primo 11:1 Zoom (T.28) от Panavision, используя 250мм для сверхкрупных планов глаз Чудо-женщины или детальных планов ее рук или обуви, когда она покидает траншеи.
Чаще всего съемка велась на две камеры, но время от времени всего на одну. Для съемок пляжной битвы, основная и вторая съемочные группы имели по три пленочных камеры на команду. Бен Уилсон отвечал за главную камеру, а также был оператором стедикам — последний использовался для фронтальной съемки идущих героев, - в то время как Сэм Барнс исполнял роль второго режиссера. Дженсен был рад предложить им эту работу, поскольку все трое работали вместе на «Грязи» и «Игре престолов». На «Чудо-женщине» Дженсен впервые работал с оператором второй камеры Саймоном Финли и вторым режиссером Адамом Коулсом, которые были, как сообщает кинематографист, «замечательными».

Команда вела съемки в Лондоне, включая интерьер вокзала Кингс-Кросс, который был занят в сцене, когда Диана, Стив и их товарищи садятся на поезд вместе с молодыми призывниками. Поезд был поставлен в единственном месте вокзала, сохранившем исторический лоск 1850 года — остальные детали позже были дорисованы. Пространство было расширено, попавшие в кадр современные поезда и стеклянные детали оформления вокзала вычищены с помощью спецэффектов. «Работа над спецэффектами в этой сцене была разделена между нашими местными специалистами и приглашенными мастерами из Pixomondo», отмечает Вестенхофер.
Что касается съемки, эта сцена была снята практически целиком в дневном экстерьере, при естественном освещении, пробивавшемся через стеклянный потолок здания. Главный осветитель британской части съемок Дэвид Синфилд сообщает, что для подсветки дыма и лиц актеров также были использованы Arri M90 и 18K HMI. Интерьер поезда и его пассажиры, которых было видно через окна, также были подсвечены с помощью светильников LiteGear LED LiteMat и светодиодных ламп BB&S Lighting Area.
Синфилд говорит, что Area 49 - «это просто синяя светодиодная лампа, к которой крепится тангстеновая или естественная фосфорная панель. Их мы ставили внутри поезда и поднимали к потолку, чтобы создать нужную атмосферу».
Один из самых разработанных эпизодов фильма был снят в получасе езды от студии, в роскошном поместье семнадцатого века Хатфилд Хаус. В этой сцене Диана и Стив прокрадываются на немецкий военный бал, на котором также присутствует и Людендорф. Грандиозное появление Дианы привлекает всеобщее внимание, что позволяет ей незаметно пронести Убийцу Богов на спине под платьем.

Она пришла, чтобы убить генерала, но тот неожиданно приглашает ее потанцевать. Зала была длинной и прямой, и использование ригов в таких условиях было ограниченным. Десять окон на южной стороне помещения, если их не укрывать, целый день пропускали через себя естественный свет. Так как действие в эпизоде происходит на закате, съемочная группа установила снаружи подъемники, на которыъ закрепила экраны двадцать на двадцать дюймов с отражателями, наклоненными на сорок пять градусов. Черные стороны блокировали проникновение солнечного света, в то время как на белых сторонах были установлены двадцатичетырехцветные Maxi-Brute с синими оттенками для создания сумеречного освещения. Окна были закрыты рассеивателями 129 Heavy Frost – потому что, как объясняет Синфилд, «видеть то, что происходит снаружи, было не нужно».
Этот холодный свет был смешан с теплым светом внутренних источников — включая бытовой свет со множеством дроссельных десятиваттных жемужных лампочек на стенах и свечи на столах, которые подчеркивали золотистый оттенок в интерьере. Группа расположила четырехдюймовые 2,900К Kino Flo в оконные ниши и за бытовым освещением. Во всех остальных местах были спрятаны киловаттные и 650-ваттные Lowel Rifa-Lites для съемки крупных планов, а также накрыли тележки, сделанные из дерева с шестью углублениями под приглушенные 275-ваттные лампочки Pearl, чтобы еще более насытить бытовой и каминный свет. Расписанный орнаментом потолок был освещен с помощью гибридных и янтарных светодиодных ламп LiteRibbon, которые обрамляли ламбрекен по контуру потолка.
Самая широкая апертура Дженсена достигала T2 2/3, что делало фокус весьма сложным для Барнса. Ко всему прочему, у Дженкинс была готова сложная концепция постановки танца Дианы и Людендорфа.
«Они танцевали вальс, поворачивались и кружились, а она хотела снимать в процессе крупные планы», вспоминает Дженсен. «У нас были рельсы, позволяющие проезд на 360 градусов, и 75мм объективы. Требовалось попадать в ритм и при этом держать фокус — и это все в настолько ограниченном пространстве. Я сидел за долли, держа в руках китайский фонарик — это был основной свет в этой сцене, - и следовал за ними. Это был такой безумный танец между актерами, долли, фокус-пуллером и мной. Возможно, со стороны это выглядело по-идиотски, но ведь оно сработало».
Также существовало золотое лассо Чудо-женщины, силы которого заставляли человека, оплетенного им, повиноваться ей и говорить только правду. У Гадот было бутафорское лассо, которое крепилось к костюму у бедра, но когда Чудо-женщина собиралась воспользоваться им, было необходимо, чтобы оно светилось. Электрический цех сконструировал светящееся лассо, которое состояло из двух сегментов янтарной светодиодной LiteRibbon, спрятанной в шестнадцатидюймовую силиконовую трубу.
«Мы оснастили лассо аккумуляторными батареями и беспроводным светорегулятором, который Галь носила на своем костюме — им можно было управлять с контроллера», замечает Синфилд. «Он приводился в действие с помощью айпода, и был запрограммирован с помощью OSC».

Дженсен добавляет: «Мы использовали его зачастую именно в тот момент, когда Галь замахивалась, чтобы получить образец света на ее костюме, лице и руках. Потом мы снимали без лассо — она просто совершала жест, как будто замахивается. После, с помощью визуальных эффектов, лассо отрисовывалось с нуля или дорисовывалось с использованием уже имеющегося света».
Кульминация фильма происходит на аэродроме, где Чудо-женщине предстоит столкнуться с могущественным противником. И Дженсен, и Синфилд называют эту сцену самым большим ночным экстерьером, который они когда-либо освещали. Был чудовищно холодный и дождливый февраль, но Дженкинс настояла на съемках некоторых частей эпизода на натуре. В ином случае, говорит она, «все случайности, которые обеспечивают съемки на натуре, будут потеряны — такие, например, как движение ветра в их волосах или действительное ощущение ими холода вокруг. Я хотела этой реальности — английского аэродрома, этого принуждения, и с помощью ребят это сработало».
Таким образом, этот эпизод был снят как в студии, так и на натуре баз КВВС Аппер Хейфорд и КВВС Холтон. Аппер Хейфорд, говорит Дженсен, «огромна — и Патти хотела видеть каждый ее угол. Нельзя было подсветить базу, как новогоднюю елку, со всеми этими современными приборами, и мне пришлось хорошенько поразмыслить — как осветить всю площадку, но при этом не потерять реалистичности».
Спустя четыре недели монтирования, команда установила пять Full Wendy Lights на стотонных кранах, восемь QuaterWendy Lights на кондорах, 20K на уровне пола, и 20K Molebeams – в качестве прожекторов, а также рассеиватели. Ангары были подсвечены лампочками, которые художественный цех установил в потолке. Взлетная полоса была подсвечена стопятидесятиваттными лампочками Pearl.
Студийные отрывки были сняты на хромакее, подсвеченном двумя рядами светодиодных ламп 80 Cineo Lighting HS, которые были снабжены фосфорными пленками, чтобы не мешать работе зеленого экрана. Они располагались на расстоянии в двенадцать футов друг от друга. «Нам пришлось использовать светодиодные лампы, поскольку флюоресцентные мешали бы снимать на хромакее», замечает Синфилд.
Лондонская лаборатория I Dailies (сейчас — под названием Kodak Film Lab London) занималась обработкой негативов. Съемочные материалы были обработаны в Company 3 в Лондоне, где фильм был отсканирован в формат 2048x1556 DPX отделом Arriscan. Джеймс Слаттери занимался колорированием съемочных материалов с помощью системы On-SetDailies от Colorfront, и Дженсен заходил к нему каждое утро, пока шли съемки в Великобритании.
Цифровой интермедиэйт производился в большинстве своем в резиденции Company 3 в Санта-Монике, некоторая работа производилась в Лондоне под постоянным контролем Дженсена. Стефан Зонненфельд, член ASC и главный колорист Deluxe's Company 3, занимался финальным этапом работы с помощью DaVinci Resolve 12.5 от Blackmagic Design для Linux с BMD-контролем. Онлайн-редактура была закончена в Autodesk Flame на базе Linux. Dolby Vision, 3D и 3D Imax-версии были отложены, хотя Дженкинс и Дженсен говорят, что это не повлияло на кадрирование фильма.
Зонненфельд говорит, что базовые цвета фильма — свежий зеленый и синий Темискиры, голубоватый циановый для Лондона и Бельгии, - «пришли из операторской работы, работы художника-постановщика и визуальных эффектов. Огромная часть работы, которой мы занимались при цифровом интермедиэйте, заключалась в изоляции некоторых элементов кадра и ретуши для полного соответствия цветовой палитре. Также, как и обычно, мы занимались долгой и деликатной отстройкой для того, чтобы результат съемок и спецэффекты смотрелись вместе естественно».
Дженсен подытоживает: «Съемки «Чудо-женщины» по оригинальному сценарию были для меня потрясающей возможностью, поскольку она — икона популярной культуры. Планка была установлена очень высоко еще «Суперменом» Ричарда Доннера (1979) и «Бэтмен. Начало» Кристофера Нолана (2005). Мы чувствовали огромное давление — нужно было соответствовать. Я доволен результатом. Надеюсь, зрителям понравится так же, как и мне».